Фридрих горенштейн под знаком тибетской свастики скачать

Горенштейн, Фридрих Наумович — Википедия

ГОРЕНШТЕЙН Фридрих Наумович (, Киев — , Берлин) .. "Унгерн" ( по роману «Под знаком тибетской свастики») — копия из. "Под знаком тибетской свастики" (кинороман) - датирован по публикации "На Место K (читать) (скачать fb2) (читать в приложении). В настоящем издании представлен роман Фридриха Горенштейна «Место». В это время была также открыта карточка компании машиниста на году facebook, фридрих горенштейн под знаком тибетской свастики.

Не осталось угля, чтоб прогреться, ни огня, чтоб посидеть перед пламенем. Каждый побрел в свою сторону. Пророк Исаия По снежному простору, под завывание ветра движется орда. Вперемешку сани с солдатами и офицерами и с женщинами, детьми, стариками. С одних саней доносится бодрая песня: Это поет в тифозном бреду привязанный к саням офицер. Иногда он хохочет и кричит: Васечка, какой чудесный окорок! На некоторых — пулеметы. Развевающиеся на ветру знамена.

Сани движутся при свете масляных фонарей. Есаул Миронов полудремлет, склонив голову к щитку пулемета. Есаул Миронов дремлет у окна, за которым мелькает уже каменно-песчаный монгольский пейзаж. Девушка поет звонко, по-мальчишески: Жив я, ранен неопасно.

А второй ему диктует: Миронов едет в возке. Возница тянет заунывную монгольскую песню. Небольшая сцена украшена затейливой надписью: Есаул Миронов рядом со своим другом подпоручиком Гущиным. На сцене актерствует субъект во фраке и цилиндре. Весеннее чудо обновившейся жизни. На сцену выпархивает милое молоденькое существо в розовом. Поцеловавшись с субъектом во фраке и поклонившись публике, убегает под аплодисменты. Я называю это чудом, господа. Таким же чудом, как рождение вдохновенной мысли, как пение жаворонка в апрельское утро.

Это полно прекрасной тайны! Красота — вот чудо. Красота спасет мир, сказал Достоевский. И поэтому все некрасивые девушки и некрасивые женщины молятся о чуде: Какая странная тайна отмечает женщин задолго до их рождения… На сцену вышла немолодая уже дама и запела молодым голосом: Особенно после того, что с нами произошло. Наше Белое движение погибает. Только два балтийских барона олицетворяют борьбу с большевиками.

Барон Врангель — в Крыму и барон Унгерн — здесь, в Монголии. Поэтому я добрался сюда, к Унгерну. Что бы ни случилось, мы должны оставаться верными присяге. Даже если о присяге и о любви теперь говорят подешевевшими словами. И не только конферансье со сцены. Впрочем, эти слова начали дешеветь уже давно, еще в Петербурге. Может быть, это и есть главная причина того, что с нами происходит. Потом антрепренер, у которого к подошве прилип окурок, и это почему-то напоминает ему об убытках.

Потом кавказец, все лето готовивший на вертеле шашлык и вдруг заговоривший с польским акцентом. Но более всего истощены слова и чувства. Ах, господа, как хорошо было, хоть мы нередко и привередничали. Не будем изображать курорт, ограничимся только перечислением тамошних докторов с чрезвычайно докторскими фамилиями: Не правда ли, хорошо, господа? Кого только нет на русском курорте. Доктор по женским болезням Матов носит желтые ботинки.

Красавица мадам Буровская, похожая на курицу смехофицер Шмидт, из-за которого стрелялась госпожа Х. Никому не известная барышня с глухой матерью. Знаменитый адвокат с женой и содержанкой, смех. А в парке, господа, в розарии, продает цветы цветочница Анюта. Никто не покупает ее розы. За все праздное, суетное курортное лето ни один посетитель сада не заговорил с девушкой. Цветы зарождающегося весеннего утра, цветы, окропленные первыми, нервными росами лета, тихо увядали, тихо и неслышно умирали каждую ночь — от девяти до трех.

Уж не в какую-нибудь китаянку или монголку? Признаться, я думаю о ней с утра до вечера. Такая острая внезапная влюбленность, как на гимназических балах. Когда-то в ранней юности я был влюблен в одну гимназисточку. Люблю, точно в первый. И она чудная женщина. Я бы очень хотел иметь от Анны ребенка, хотел бы на ней жениться. Как хорошо было бы вернуться вместе с ней в мое родное имение во Владимирской губернии, в тишину и покой наших полей и лесов.

Блуждая по саду четыре месяца, девушка с розами должна была сделать тысячу шестьсот двадцать верст — это путь, равный девяти русским губерниям. Теперь, когда в плечи ударил холодный сентябрь, длинный ненужный путь окончен. На сцену выходит красивая цветочница с корзиной, полной бумажных роз. Вас срочно к начальнику дивизии с докладом. Вас не спрашивают, подпоручик Гущин. Приколет розу вам на грудь цветочница Анюта. Там, где цветы, всегда любовь. И в этом нет сомненья. Я потом приду, — добавил он и, оглянувшись, сказал: У меня есть еще браунинг, но этот надежней.

Будут обыскивать при входе, но все-таки спрячь. Ночь была очень светлая, лунная, но ветреная. Где-то вдали выли собаки. У входа в монгольскую юрту стоял капитан Веселовский с обнаженной шашкой и ординарцы. Миронов отдал оба револьвера. Едва Миронов переступил порог, как навстречу ему кинулась фигура в красном монгольском халате. Человек встряхнул руку Миронова нервным рукопожатием и сразу же растянулся на кровати, над которой висели портреты Фридриха II, Николая Чудотворца и Будды.

Вошел Веселовский и встал за спиной у Миронова с обнаженной шашкой. Откуда вы знаете атамана? Мы оба участвовали в издании харбинского литературного альманаха. Я морской офицер, но русско-японская война заставила меня бросить мою профессию и поступить в Забайкальское казачье войско. Есаул Миронов, прошу извинить меня за нелюбезный прием. Я отношусь к большинству людей с недоверием. Но вы произвели на меня хорошее впечатление. Я чрезвычайно доверяю первому впечатлению.

Очень прошу вас остаться при. Я столько лет вынужден находиться вне культурного общества. Всегда один со своими мыслями. Я бы охотно поделился ими и хотел бы вас сделать своим адъютантом и своим советником, записывающим кое-какие из моих накопившихся мыслей.

Сколько вам надо времени для ответа? Я привез полковнику письмо от его матери. Подошел широкоплечий человек в монгольской остроконечной шапке. Миронов вынул из бокового кармана письмо. Барон взял, прочел адрес. Лоуренс был хороший офицер, мой личный адъютант. Соблазнился золотом, захваченным нами у большевиков в Троицкосавске. Лоуренс хотел захватить золото, бежать в Китай. Есаул, я назначаю тебя новым адъютантом. Лоуренс сидит на гауптвахте.

Сам кончи, а то эта сволочь Бурдуковский еще будет над ним издеваться. Письмо матери пусть прочтет. У юрты ждал Гущин. Уповай на Бога и постарайся облегчить Лоуренсу смерть. Подъехала коляска в сопровождении нескольких казаков.

Миронов сел и поехал к гауптвахте. Гауптвахта была подвалом, сырым и затхлым. В углу стояли какие-то бочки, в другом углу, на деревянных нарах, скорчившись, спал, укрывшись полушубком, тяжело дыша, Лоуренс. Миронов тронул Лоуренса за плечо. Он проснулся и, резко вскочив, сел, свесив ноги в подштанниках. Больше мне нечего сказать. Лоуренс жадно схватил конверт, начал читать, повторяя: Миронов с трудом сдерживал слезы.

Но он приказал связать тебе руки, так как он боится, что ты бросишься на. Неужели он, умный человек, не понимает, что история с золотом — обычная клевета Сипайлова и Бурдуковского?

Они боятся, что мое влияние на барона помешает им в их садистских делах. Я хочу несколько слов сказать тебе наедине. Лоуренс, ничего не говоря, подперев голову руками, продолжал сидеть на нарах. Пусть старенькая моя надеется. Жене вот… — он судорожно, торопливо стащил с пальца обручальное кольцо. Миронов вырвал лист из карманного блокнота и протянул перо. Лоуренс судорожно, торопливо написал: Казаки вошли и связали Лоуренса. Ночь была бешеная, крутил ветер, было темно, как в могиле.

Злобно заливались за городом собаки. Вы меня везете кончать? Бурдуковский или Сипайлов меня бы мучили перед смертью. Выехали за территорию военного лагеря. Лоуренс сам спрыгнул с коляски. В ответ Миронов направил револьвер в голову Лоуренса и выстрелил.

Лоуренс упал и простонал: Трясясь от лихорадки, Миронов выстрелил опять и опять не добил. Миронов палил и не мог попасть в голову. Очумелый от ужаса кучер соскочил с коляски, подбежал к извивающемуся на земле Лоуренсу, приставил к его голове револьвер и выстрелил.

Миронов вскочил в коляску и сумасшедшим голосом заорал: Лошади помчались от страшного места. Первый, кого увидел Миронов, войдя в просторную комнату, обставленную с некоторой даже петербургской роскошью, был Лоуренс — большой фотопортрет. Рядом с ним — молодая женщина из санкт-петербургских красавиц и девочка в мат росском костюме.

Едва казак ушел, как Миронов упал на диван, лишь сняв портупею с кобурой и шашкой. Он зажмурил глаза, но вдруг возник колокольный звон. Миронов встал, начал ходить из угла в угол. По нам по всем?. Я схожу с ума… Отчего он перед смертью не упомянул о девочке? О матери, о жене сказал, а о девочке промолчал, видно, любил ее особенно и молча унес имя ее и образ с. Какой образ унесу я с собой, какого ангелочка? Господи, как кроваво и нечисто на душе, Господи, прости и помилуй… Миронов упал на колени перед иконой и до изнеможения, не переставая, шепотом молился… Ранний рассвет Миронов встретил на берегу реки, сидя и глядя в отупении на мутную плещущуюся воду.

На берегу сидели несколько монголов, но не лицом, а спиной к реке. Тут Миронова нашел Гущин. Это раздражает, — сказал Миронов. Он прекрасный врач и добрый, умный человек. Госпиталь располагался в большом пустом доме, бывшей китайской лавке. Не знаю, поможет ли оно. Оно предназначено больным людям. Вы же абсолютно здоровы, и ваша реакция абсолютно нормальная на крайнюю распущенность и безобразие, царящие. Единственная возможность жить — это постоянно помнить, во имя чего мы терпим.

Во имя чего терпеть? Я провел несколько лет на русско-германском фронте, потом — гражданская война. Но обстоятельства вчерашнего кровопускания — последняя капля. Некоторые считают его маньяком. Я с этим не согласен, хотя, безусловно, он человек параноического склада. Это, безусловно, новый тип, тип лишь нарождающегося времени, и этим он отличается от патриархальных тиранов, даже кровавых. Это творец тотальных мифов или утопий. Отсюда и безумная энергия, которой обладают лица с навязчивыми идеями.

Во всяком случае, невзирая на жестокость, трагическая попытка барона в одиночку бросить вызов большевикам здесь, на границе Монголии, делает его героем. Как и полагается демонам, явился ко времени.

Признаюсь, я испытываю страх всякий раз, встречаясь с ним: Им известно, что я делал на Урале после возвращения с германского фронта и каково мое отношение к крайним партиям и к большевикам. Жизнь ваша, доктор, висит сейчас на волоске. Постарайтесь на этом волоске удержаться.

Из разговоров с ними я вынес уверенность, что оба они были врагами большевиков и искренне любили Россию. Прошу перевести меня в палатку. Я велю забрать вещи и при случае отправить их матери Лоуренса.

Я велел похоронить Лоуренса по-христиански, а это исключение для тех, кто казнен за измену. Мертвых изменников мы отправляем в сопки. Там их хоронят волки и бродячие псы. Изменников мы хороним по-монгольски. Я знаю, некоторые из моих единомышленников не любят меня за строгость и даже, может быть, жестокость.

Не понимают того, что мы боремся не с политической партией, а с сектой разрушителей всей современной культуры. Против убийства я знаю только одно средство — смерть. Да, но как мало подлинных борцов. Я рыцарь среди черни. Есаул, я даю вам еще один день отдыха, а потом поедем с вами в сопки. Я люблю иногда абсолютно один, без спутников и без конвоя, для отдыха, вечерами ездить верхом по окружающим военный городок сопкам.

Но теперь мне хочется изложить во время этих прогулок кое-какие свои мысли и идеи. Так что готовьтесь, есаул, беседы наши будут демоническими.

Барон вышел так же стремительно, как и вошел. Доктор тяжело опустился на стул, дрожащей рукой налил в стакан воды, насыпал порошок и выпил. Надо говорить о мистицизме, окрашенном в политические тона. Не исключено, что он страдает галлюцинациями. Сам я в сопках, слава Богу, никогда не бывал, но от солдат и местных жителей известно, что там тела расстрелянных не закапывают, не сжигают, а бросают в лес на съедение волкам.

Ходят слухи, что иногда на растерзание хищникам оставляют и живых, предварительно связав их по рукам и ногам. Правда ли это последнее, не знаю, но с наступлением темноты кругом на сопках только и слышен жуткий вой волков и одичавших псов.

Не случайно барон почти не имеет друзей и равнодушно, а то и неприязненно относится к женщинам. Его контакты с людьми односторонни и в ответном отклике не нуждаются.

Вы заметили, барон совершенно не заботится о производимом впечатлении. В нем нет и тени позерства. Это вам может быть интересно как литератору. Я слышал от подпоручика Гущина, что вы литератор.

Понимает ли он сам себя? Первое время барон и Миронов ехали молча по сопкам среди трупов и волчьего воя. При приближении всадников некоторые хищники отбегали в сторону, другие продолжали пиршество. Душе легче выйти из тела, если плоть разрушена. Я буддист, и нынешняя картина меня не смущает. И вы со временем привыкнете. Вы готовы к работе? Можно ли изредка задавать вопросы?

Но поменьше так называемой литературы.

Унгерн-Штернберг, Роман Фёдорович фон

В каждой идее есть доступное и недоступное. Главное — в недоступном. И сейчас не уверен, смогу ли я сам, а тем более посторонний, добраться к извилинам моего мозга. В жилах моих предков течет кровь гуннов, германцев и венгров. Даже крестовый поход детей не обошелся без нашего участия. В нем погиб Ральф Унгерн — мальчик одиннадцати лет. Другой Ральф Унгерн был пиратом на Балтийском море. Барон Петер Унгерн, тоже рыцарь-пират, владелец замка на острове Даго. Я с юности чрезвычайно интересовался своей генеалогией, воспринимая фамильную историю как цепь, чье последнее звено — я.

Оба люди сугубо мирные, причем не дворянских занятий. Дед занимал малопочтенную должность управляющего суконной фабрикой, отец — доктор философии, профессор сначала в Лейпциге, затем в Петербурге. Я веду свое духовное происхождение не от отца и деда, а от прадеда-пирата Отто Рейнгольда Людвига Унгерна-Штернберга. Эта фигура очень волновала меня в отрочестве. Три момента сближают мою жизнь с жизнью прадеда: На лесной поляне несколько ворон и большой филин клевали трупы.

Вороны при появлении всадников улетели, а филин продолжал клевать, потом поднял голову с неподвижными гипнотизирующими глазами и издал звук, напоминающий уханье. Не правда ли, величественная, роковая птица? Птица — символ войны. Милый мой, я велю привезти тебе свежие трупы. Трупы — плоды войны. Война дает надежду на грядущее обновление мира.

Барон тронул коня и пустил его галопом. Наконец барон придержал коня. За что его сослали в Забайкалье? Мой прадед родился в году в Лифляндии, учился в Лейпцигском университете, затем служил при дворе польского короля Станислава Понятовского.

Алистер Кроули. В поисках Великого Зверя 666 (русские субтитры)

В году он купил у своего университетского товарища Карла Магнуса Штейнбока имение Гогенхейм на острове Даго. О, это романтическое преступление. Мне иногда видится высокая скала с башней-маяком. Слышатся вой бури и звук колокола. Это колокол с острова Даго.

Слышите вой ветра и шум моря? Высокая башня-маяк и рядом — Отто Рейнгольд Людвиг Унгерн-Штернберг, удивительно похожий на своего правнука, и как бы сквозь время, сквозь века, доносится голос правнука, комментирующий происходящее. В бурные ночи на башне зажигался свет, звонил колокол. Заблудившиеся суда шли на этот сигнал и разбивались о скалы.

И груз становился добычей барона. Так продолжалось, пока моего прадеда не выдал гувернер его сына. Не правда ли, замечательная демоническая история?

  • Фридрих Горенштейн
  • Фридрих Наумович Горенштейн
  • Фридрих горенштейн под знаком тибетской свастики скачать

Раздался смех правнука, Романа Федоровича Унгерна, которому вторил смех барона Отто Рейнгольда Людвига Унгерна-Штернберга, стоящего у фальшивого маяка на скале и смотрящего, как слуги добивают матросов и вылавливают груз. Я ужасно боялся, что при моей жизни не будет никакой большой войны. Боялся, что европейские народы, разложенные западной культурой, не смогут сбросить с себя маразм пацифизма.

Жизнь есть результат войны. Поэтому мне так симпатичны монголы. У них высоко стоит верность войне. Сражаться — это почетно, и им нравится сражаться. Я обещал монгольским князьям освободить независимую Монголию от Китая и укрепить на троне Богдо Гэгэна, живого Будду. Такой правитель, непременно связанный с потусторонними силами, кажется мне единственно возможным вождем.

Прежде чем я начну двигаться против большевиков в Забайкалье, мне надо изгнать китайцев из Урги. Приехав в Монголию, я впервые ощутил себя полноправным наследником своего прадеда. Унгерн пришпорил коня и, обернувшись, крикнул Миронову: У него имеется пророчество о пришествии князя с Востока.

Культура белой расы, приведшая европейские народы к революции, подлежит замене желтой восточной культурой. Богдо кланяется портрету Юань Шикая. Народ приветствует китайцев и кланяется.

Барон Унгерн, Миронов и японский военный атташе Судзуки ехали в автомобиле. Это гарантирую вам я, японский военный атташе Судзуки.

Богдо Гэгэн подписал отречение от престола. Все это интересы проамериканской и китайской клики. Все это против интересов России и Японии, — добавил барон по-французски. Но ваш военный министр видит в Монголии лишь перышко, способное склонить чашу весов.

Я же вижу в Монголии последнюю надежду человечества в море всезатопляющей гибельной культуры Запада. Россия и Япония должны объединиться. Пятнадцать лет назад вы, японцы, с нами воевали, как львы. Мне было двадцать лет, и сразу из военного училища я попал на японский фронт. Даже немец не так дисциплинирован и не так сохраняет спокойствие перед смертельной опасностью. Вы, японцы, — необычная раса, одна из тех, на которых печать избранности.

С детства мы знали, что должны плыть через моря, добывать империи сушу. Кровь только на первый взгляд одного цвета. Под микроскопом она разная. Теперь Альфред эмигрировал в Германию, и недавно я получил от него письмо, которое меня очень огорчило. В Германии Альфред связался с каким-то социалистом Адольфом Гитлером, конечно же, прохвостом и негодяем, как все социалисты, и, похоже, сам стал социалистом. Да, он меня приглашает приехать и вступить в их социалистическую партию.

Меня, рыцаря и аристократа, приглашает стать социалистом. Ведь это то же самое, что стать большевиком. Впрочем, Альфред Розенберг по происхождению не из аристократов, а из купцов. Автомобиль въехал на широкую базарную площадь, уставленную лотками. Здесь же крутилась карусель, и рядом с заунывной монгольской музыкой слышались звуки гармошки.

У какого-то балагана большая толпа смотрела на выступление фокусника. Барон приказал остановить автомобиль и тоже стал смотреть. Фокусник-китаец глотал огонь, вытаскивал из ушей и ноздрей шарики и ленты. Публика была в восторге. Этот мужик сумел внушить доверчивому государю, что его судьба связана с судьбой династии и он — спаситель трона. Потом выяснилось, что Распутин брал уроки у одного петербургского гипнотизера.

Есть люди, которые воздействуют, и есть люди, на которых воздействуют. Обратите внимание на моего адъютанта. Миронов схватился за кобуру. Кажется, в толпе я вижу подпоручика Гущина с некоей молодой дамой. Миронов вышел из автомобиля и, протиснувшись сквозь толпу, подошел к Гущину. Я уже говорил тебе о. У нас поместье под Ростовом. Вы, оказывается, тоже из-под Ростова? Господа, барон Унгерн просит вас подойти к автомобилю. Мы с Володей вспоминаем Александровский сад, сладкий запах акаций, темное небо над Доном, набережные с фонарями, нашу прошлую жизнь.

Барон не ответил, продолжая смотреть. Потом открыл глаза и произнес, указывая на молодую женщину: В одно мгновение женщина выхватила из сумочки револьвер. Унгерн выстрелил первым и попал ей в руку. Револьвер, падая на землю, выстрелил и ранил Гущина в ногу. Конвойные казаки, ехавшие за автомобилем, схватили женщину. Услышав выстрелы, базарная толпа начала разбегаться. И тебе, кровавый барон, не уйти от расплаты.

Но она занята китайцами. Подпоручик, — обратился барон ко все еще лежащему на земле Гущину, — пусть это будет вам уроком. Вы, я слышал, большой дамский угодник. Есаул, помогите вашему другу забраться в автомобиль.

Отвезем его в госпиталь. Если задета кость и по вашей, подпоручик, глупости я лишился боевого офицера, то вам не сдобровать.

Миронов помог Гущину забраться в автомобиль. Кафеншантаны и певички, оркестровые дамы — создания коварные и крайне опасные. Все эти дамы полусвета, впрочем, как и иные женщины, лишены нравственных основ. Современный мужчина слаб перед. Я никогда не обладал мещанскими взглядами.

Но вернемся к делу. Первый удар я решил нанести по Май-Манчану — столичному пригороду, населенному китайцами. Прежде чем начать штурм, предъявить китайскому командованию ультиматум. Потребовать впустить меня в Ургу со всем войском, чтобы моя азиатская дивизия могла пополнить запасы перед походом на север, к пограничному Троицкосавску. Пусть китайцы думают, что моя цель — война с красными.

Не правда ли, хорошая идея? Я намерен направиться на разведку в Ургу. Ярким солнечным днем барон в монгольском красно-вишневом одеянии, в белой папахе на белой кобыле спустился с горы и, минуя китайских часовых, въехал в город. Миронов в монгольской одежде сопровождал.

Поехали ургинскими улицами, среди толпы. На центральном базаре Захадар барон остановился, слез с коня. В небольших дозах он придает храбрости. Миронов, косясь на китайские патрули, незаметно высыпал порошок. В трактире, где висели бараньи туши, выпили водки. Вошли в буддийский храм. Перед бронзовым Буддой трещали свечи. Барон положил на медную жертвенную тарелку деньги и сладости.

Миронов тоже положил деньги и обрядовое печенье, которое купил в храме. Барон стоял перед бронзовым Буддой, шевеля губами, молился. Потом вышли, сели на лошадей, поехали по главной дороге. Барон, не спеша, слез с лошади, подозвал одного из охранников и сказал по-китайски: Сквозь открытое окно доносились звуки рояля.

Чиновники устроили клуб для столичного бомонда всех национальностей. В том числе для жидовских интеллигентов и коммерсантов. Правда ли это, есаул? Обойдя вокруг дома, не спеша подтянул подпругу и, не торопясь, выехал со двора.

Но в том-то и парадокс, что при этом я остаюсь истинным европейцем. Потребность сменить душу — западный синдром, кожу — восточный. Возле большого дома с зарешеченными окнами барон придержал коня. Посмотрите, возле ворот на стуле спит часовой. Такое нарушение дисциплины возмущает. Барон слез с коня, подошел к часовому и разбудил его несколькими ударами трости-ташура.

Спросонья часовой ничего не мог понять. Барон сел на коня и, не торопясь, поехал. Дух охранял меня и послал затмение на всех, кто мог задержать или убить. Теперь надо организовать похищение Богдо Гэгэна. Мы похитим его среди белого дня из Зеленого дворца. По сведениям, здание Зеленого дворца охраняют триста пятьдесят солдат и офицеров по всему периметру стен.

У ворот установлены пулеметы. Местность вокруг дворца практически исключает всякую возможность нападения. Дивизия выстроена в боевом порядке. Вынесли белое знамя с тибетской свастикой. С севера в седьмом столетии по смерти Чингисхана по мистическому поверию ожидается явление его белого знамени, под которым евразийцы восстановят свое былое величие.

По монгольскому поверью, в знамя переходит душа полководца. Явление знамени Чингиса равносильно появлению его. Заиграл оркестр, вывели связанного китайца. Китайца зарубили шашками, обмакнули древко в текущую кровь. Тесный зал синематографа забит до отказа. Тапер наигрывал мелодию, часто совершенно не совпадающую с происходящим. После сеанса публика долго не расходилась. Зажегся тусклый свет гарнизонного движка.

Сидели, словно проснувшись, не желая окунаться в повседневность. Где ты ее встретил? Прекраснейшее из женских лиц, которые я встречал.

И она обещала прийти. Точнее, она с мужем. В старое время при покойном императоре занимал высокую должность в министерстве иностранных дел. А Вера Аркадьевна окончила Смольный институт, аристократка, красавица из лучших петербургских салонов.

И вдруг встретить ее в монгольской глуши. Посмотри туда, — и он кивнул головой в конец прохода. Длинные ресницы, ясный взгляд голубых глаз, волнистые белокурые волосы. Если приглядеться, черты ее лица не совсем правильные, но русскому лицу и не обязательно быть во всем правильным, чтобы слепить красотой.

Гущин пошел дальше по проходу, стуча костылями. Когда Горацио в финале расстегивает рубашку на груди Гамлета и все понимает. Красивая женщина в роли Гамлета — это настоящая находка. Окоченевший труп солдаты несут на вытянутых руках над головами. Голова принца запрокинута, процессия медленно движется по аллее склоненных над мертвым телом копий. Миронов наклонился и поцеловал атласную кожу женской аристократической ручки.

Пишу о том, что видел, что пережил. Я воевал прежде в Колчаковской армии, участвовал в походе Капеля, об этом пишу. Мы беженцы, с трудом пробрались из Сибири сюда, в Монголию. Одеты дико и пестро, Мы шли тогда из дебрей в дебри И руки грели у костров.

Тела людей и коней павших Нам обрамляли путь в горах. Мы шли, дорог не разобравши, и стыли ноги в стременах. Это как раз и есть современная лирика. Мы с Павлом Ивановичем все это пережили, — и пожала Миронову руку. Русские — беженцы в собственной стране.

Мы с Верой Аркадьевной такие беженцы. Поселили нас, как всех, в обозе, хотя я статский советник, что по разряду старой императорской России приравнивается к чину генерала.

Я хотел бы получить аудиенцию для беседы с бароном Унгерном. Вы, господин есаул как личный адъютант барона не были бы столь любезны устроить мне подобную аудиенцию? Я надеюсь быть барону полезным, внести свой посильный вклад в святое дело борьбы за Россию. У меня имеется определенный опыт работы в министерстве иностранных дел. Я, думаю, пригодился бы барону в качестве советника по политическим вопросам. И, раскланявшись, Голубев с женой ушли. Этот Голубев — человек с большим самомнением и прошлым авторитетом, но, пожалуй, не слишком умный.

Ты ведь знаешь, что барон не любит женщин, особенно красивых. Я уже начинаю ревновать. Это ты любишь рассуждать о чувствах, страстях и прочем подобном. Как все моралисты, ты поразительно наивен в вопросах страсти и любви. Или ты просто фальшивишь. За моральными рассуждениями хочешь скрыть возникшие в тебе самом чувства.

Унгерн-Штернберг, Роман Фёдорович фон — Википедия

Это с вами, моралистами, случается. Давай расстанемся, а то еще чего доброго поругаемся. Поверь мне, опытному знатоку женщин. На ночной верховой прогулке, на этот раз по степи, барон вдруг заговорил о женщинах. Но европейская цивилизация — это женское начало, она, как и женщина, есть олицетворение продажности и лицемерия, позлащенный кумир, который Запад в гибельном ослеплении вознес на пьедестал, свергнув оттуда героев и воинов.

Я давно мечтаю об ордене военных буддистов, чьи члены давали бы обет безбрачия. Победитель дракона, рыцарь и подвижник, явится не из Европы, а из противоположного конца Евразии. И в этом отношении пример не только Достоевского, но и Библии представляется Г.

В своей вынужденной отчужденности, оторванности от сов. Чехована глубину филос. Глэду,— в силу обстоятельств своей жизни был отстранен от общего потока, и я учился у книг, учился у мастеров и учился ритму, ритму, ритму. Она выражена у Г. Бросаются в глаза характерные назв.

Однако вместе с некой прикованностью писательского взгляда к рус. И здесь для него принципиально важна точка зрения еврея, родившегося и выросшего в России, впитавшего ее язык и культуру, но по своим религиозным, ментальным корням сохранившего причастность к первоистокам мировой Священной истории, к Завету Бога Авраама, Исаака и Иакова, к пророчествам Исайи, Иеремии, Иезекииля. Эта точка зрения и придает творчеству Г. Шестова, исключительную стереоскопичность, освещает быстротекущую современность светом неподвижной и длящейся вечности.

Сквозной темой творчества Г. Здесь особенно показательна программная для Г. Особую тонкость сочетания русской и еврейской ментальности в творчестве Г. Подобным же образом видит свою художническую миссию по отношению к России и Г.

В он принял участие в альм. Впрочем, не случайно пов. На Западе началось истинное признание Г. Здесь имеются в виду и перенесенный народом фашизм с его лагерями смерти и Холокостом, и нац.

Тема России и еврейства в аспекте их взаимного и трагически неосуществимого, в условиях тоталитарного общества, тяготения становится основной и в одном из последних произв.